А.Ирынюк

Такое не прощают!

15 ноября 2001-го... 

 

После бурных событий 7 и 8 ноября, неожиданного для ментов решения Шевченковского суда по сфабрикованным админпротоколам, я решил отлежаться дома, тем более,что практически не мог разговаривать, и все тело ужасно болело. 

 

В первую же ночь появились пьяные менты, пытавшиеся вломиться в квартиру. Попытка влезть через балкон, закончилась для них печально - они оборвали металлические решетки на окнах офиса первого этажа.  

 

Квартиру я снимал напротив Министерства Внутренних дел, так что бдительные соседи вызвали милицию, которая и увезла куда-то своих разбушевавшихся коллег. Общение с внешним миром я свел к минимуму, и только звонок адвоката заставил меня выбраться из квартиры: ему удалось забрать из Старокиевского отделения наши вещи и телефоны. 

 

В нарушение закона, менты прицепили к адвокату свою "наружку". "Подельник" Юра предложил подвезти его вещи на Харьковский, но меня тормознула интуиция: позже выяснилось, что руководивший моим избиением замначальника Киевской милиции полкан Корейба длительное время руководил отделом на Харьковском, где ему было бы легче организовать наше повторное задержание и "закапывание" за Киевом.

 

С Юрой мы встретились в центре, в кафе "Планета Спорт", и не успели даже выпить по бокалу "за освобождение", как с дикими воплями в кафешку вломилась толпа ментов во главе с майором Власиком. По дороге в Старокиевский отдел сопровождавшие менты радостно рассказывали, с каким нетерпением меня ждут в милиции родного Антрацита, где уже приготовились обвинить меня ещё в нескольких убийствах (!?).

 

В этот раз в отделе на Прорезной сразу бить не стали: обрадованный столь успешным проведением операции по нашему задержанию, начальник гордо заявил, что едет очень большое милицейское руководство для моего допроса. Юру опять куда-то увели, а меня начали таскать по разным кабинетам угрозыска. 

 

Как обычно, не представляющиеся сотрудники наперебой задавали массу странных вопросов, но мне удалось перевести беседу в нужное русло и выяснить много интересного. Оказалось, что менты знали о моем готовящемся убийстве и приставили наружку, с удивлением выяснив, что меня «пасут» еще наружки СБУ и какие-то "коммерческие" - то ли частных охранных структур, то ли "силовики" в свободное от работы время. 

 

Судя по всему, их наружка совершенно случайно засекла убийц Ромашко, когда "пасла " меня на Смирнова-Ласточкина перед заседаниями по моим заявам по преступлениям СБУ и ГНАУ, и во время моего посещения офиса приятеля на Воровского. По их данным, заказчиком убийства Ромашко выступил ныне широко известный чинуша из Луганска, но работать по нему строжайше запретили с самого "верха", а бросать наработанный "луганский след" не хотелось, -вот и решили повесить все на меня. 

 

Мотив дебильный, но в наших судах проходит и не такое: я испытывал огромные материальные трудности из-за ряда уголовок, сфабрикованных СБУ и ГНАУ, вот и решил подзаработать на исполнении...заказных убийств. Из-за жадности(!), что доказать ментам было бы сложнее, чем мою причастность к убийству Кеннеди, я и решил убрать "подельника" Пилотовича.

 

Саня Пилотович в эту грязную многоходовку тоже попал не случайно: по оперативным данным, мы с Пилотом враждовали многие годы, вот ему, как и многим моим реальным недругам, менты любезно предоставили протоколы моих допросов и микрокассеты из уголовных дел, где, на вопросы ментов об отношениях с различными авторитетами, я всего лишь заметил: если менты кого-то считают "авторитетами",то я совсем не должен придерживаться их мнений.  

 

Накануне ноябрьских событий, по просьбе Пилотовича, мы вместе многократно прослушивали эти микрокассеты у него дома возле гостинницы "Экспресс", что, естественно, многократно фиксировали "наружки" и прослушки. Кроме ментов, микрокассеты одновременно подогнали Сане пацаны из Донецка и Ростова, так что все говорило о тщательно готовящейся в отношении меня какой-то гадости.

 

Особое рвение ментов и СБУшников найти для меня убийцу в Красном Луче (Луганская область), говорило о том, что в многоходовку решили втянуть и нашего общего знакомого Саню Ваксмана, в начале 96го эмигрировавшего в Новую Зеландию, предварительно познакомившего меня со своим свояком в Киеве - Андреем Дашкевичем, возглавлявшим в то время киевское представительство российско-казахского ПСО "Стройиндустрия" (Байконур), следы деятельности когорого СБУшники усиленно подчищали, в том числе и подрывом моего авто под Дебальцево 22 июня 1996-го.

 

Зуб на Саню Пилотовича менты вынашивали давно, поэтому и с легкостью пожертвовали его жизнью в своей грязной многоходовке: несколько лет назад, проживший много лет в браке, Саня решил венчаться, закатив шумное празднование в кафе "Дорожное" в центре Антрацита. Тогда мы не общались и я не попал в число его гостей. 

 

Прокурорша района, предупрежденная охранником, что это личное место "Пилота", демонстративно припарковала свою "тачку" на его место. Саня повелся на гнусную провокацию, и чуть пометил машину вражины, как лев терриротию прайда. Прокурорша с радостным визгом от того, что ее все-таки заметили, ломанулась в горотдел и прибыла к "Дорожке" с усиленным нарядом, который бесцеремонно уложил всех гостей лицом в асфальт. 

 

Саня ложиться отказался, невзирая на то, что ему в грудь тыкали автоматами. О том,что произошло дальше, существует много версий, в том числе и описанных в милицейских юбилейных книгах, но факт остается фактом: несколько пуль 5,45 мм из автомата милицонера Миши Б. прошло сквозь Пилотовича, смертельно ранив капитана П., стоявшего за спиной Пилотовича. 

 

Невзирая на то, что не Пилот убивал капитана П., его многочисленные коллеги из милиции Украины и РФ прямо на могилке клялись смертельно отомстить Пилоту. Но до ноябрьских событий 2001-го смогли только несколько месяцев всего лишь избивать его, раненного, в СИЗО Луганска. А тут - так подфартило, да еще и поддержка с Владимирской, 33, от вечных "оппонентов"-чекистов.

 

Баркалов же имел неосторожность вместе с друзьями "подарить" экс-"байконуровцу" Дашкевичу шикарный дом в центре Киева, что и могло стать главной причиной его появления в чекистско-ментовской многоходовке по моему окончательному уничтожению. След "правоохранителей (!) в убийстве Баркалова мгновенно убрали, когда звонком сверху ментам категорически запретили препятствовать выносу из квартиры за пазухой огромной суммы валюты его сожительницей-..."правоохранительницей". 

 

Удалось выяснить, что мое задержание в БСМП 7 ноября организовали на очень верхнем верху, ибо целому замминистра Внутренних дел, к которому заявились мои знакомые с просьбой выяснить, где же я нахожусь, его подчиненные из Старокиевского, Шевченковского райотделов и Киевского Главка дружно по громкой связи заявили, что меня в их казематах нет и не было!. По неизвестным мне до сих пор причинам,большое руководство 15 ноября 2001-го в Старокиевский так и не прибыло.

 

Этапировать в Антрацит меня тоже не решились, - начальник отпустил нас с Юрой домой, взяв слово, что мы появимся по первому звонку. В отдел больше не звали. Звали в кафешки, чтобы убедить забрать иск из Шевченковского суда по избиению милицией и заявы из ГПУ о возбуждении уголовных дел на ментов, предупреждая "по-хорошему", что с моим образом жизни я ещё не раз попаду в их камеры. Но я отказался: меня пытались уложить на боевую гранату при первом в жизни задержании; менты постреливали из-за угла; выносили из райотдела, когда я прибегал освобождать задержанных брата и друзей, - но никогда не били. А тут били НИ ЗА ЧТО и толпой, убеждая "не закусываться с Юлией Владимировной".

 

Такое не прощают...

 

 

 

 

 

 

 

 

Анатолий Ирынюк

 

Источник:  https://www.facebook.com/irinjuk?fref=nf

Назад в архив Версия для печати