Сопротивляюсь злу

Помните у Кнута Гамсуна: «Когда я голодал в Христиании…»?

Я вспомнил эти слова во время последней своей голодовки протеста в зоне, в те дни, когда я уже не мог ни писать, ни читать. Вспомнил и тот коричневый, потертый томик Гамсуна, купленный по случаю в букинистическом магазине на улице Ленина в 1970 году.

Голодая в полном одиночестве, я мысленно прощался с зоной, с моим домом последних семи лет, где оставлял память и лагерных друзей. Я знал: впереди этап, холодные зэковские вагоны, злые собаки, рвущиеся на поводках, и темное, непонятное будущее сибирской ссылки.

Положение мое было отчаянным. Я уже не мог прекратить голодовку, так как понимал, что не смогу отъесться на скудной пище штрафного изолятора, где должен был находиться вплоть до этапирования. И не смогу тащить за собой два больших деревянных зэковских чемодана, заполненных книгами.

Но и продолжать голодовку было страшно, имея скорбный опыт жутких советских этапов. Думал, где-то в вагоне или в пересыльной тюрьме умру.

А пока – жил. И сквозь усиливающуюся слабость думал свою горькую думу о бесконечности советской власти, всегда, в оставшейся моей жизни намеренной преследовать меня. Меня, заявленного и открытого ее врага.

И я, убегая от своего приближающегося будущего, представил себя живущим в лесу. Куда мне остро захотелось уйти и от жестокой власти, и от равнодушного к моей судьбе человечества. Не случилось…

И вот спустя половину века, сегодня я вспомнил те свои горькие дни, горькие, странные мечты. Пережив многих моих лагерных друзей (почти всех), я не сумел похоронить свое прошлое. Я опять сопротивляюсь злу, так и не научился мудрости растительного существования.

***

Много лет, несколько десятилетий не держал в руках эту книгу. В 1965 году купил ее у молоденькой, стыдливой барышни в сельской библиотеке в глухой деревне Винницкой области. Задолго до эпохи Порошенко и Гройсмана. 

Барышню-библиотекаря пришлось долго уговаривать, она была правильная, честная девушка. Я сразил ее таким аргументом: «Скажите, хоть кто-нибудь из ваших читателей открывал эту книгу? Никто. И книга стала моей.

Эразм Роттердамский «Похвала глупости». Шутка, так называл этот свой текст автор. Начало 16 века. А потом – около трехсот публикаций на разных языках.

Дикая, несерьезная мысль: опросить наших законотворцев, служивых президентской Администрации и министров, включая исполняющих обязанности. Кто читал? Никто.

Может быть поэтому все так странно и грустно в моей стране? Да и церковные дела – очень похоже. Именно так, в 21-ом веке.

Странные лица, странные дела, странные разговоры. Странная похвала самих себя… Понимаю, дистанция в 500 лет, только в 500 лет.

 

Семён Глузман

Назад в архив Версия для печати