Фото из сети

Из серии "зацепило"

Сегодня прочитал в ФБ пост замминистра экономики Сергея Николайчука, в котором чиновник пытался объяснить причины падения промышленного производства в Украине на 5% "мировой промышленной рецессией"...

В финале размышлений, заместитель министра, который отчасти формирует нашу экономическую политику, пришел к потрясающей по глубине мысли: «У таких умовах якою має бути стратегія вітчизняної промислової політики? Чи взагалі потрібна така стратегія? А може варто робити ставку на розвиток послуг, враховуючи тенденції «деглобалізації» і її негативні наслідки насамперед на промисловість?»

Примечательно, что репост этой публикации сделала и министр финансов, с пометкой «хорошей аналитики стало больше», попутно метнув камень в каких-то «экономистов-гомеопатов». Кто это такие, сказать трудно, но себя, видимо, нынешнее правительство причисляет к экономистам-патологоанатомам...

Да, друзья, это не экономическая политика, это экономическая катастрофа, когда министры все силы направляют на то, чтобы найти обоснование уничтожению национального промышленного потенциала. Ниже привожу цитату из доклада о мировых инвестициях за 2018-й год, опубликованный Конференцией ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД) (может, хоть мировая аналитика подействует на людей, которые составляют «расстрельные списки» целых отраслей украинской экономики): 

«Промышленная политика приобретает поистине повсеместный характер. Как показывает проводимый ЮНКТАД глобальный обзор промышленной политики, на протяжении последних 10 лет, по крайней мере, в 101 из развитых и развивающихся стран (на долю которых приходится более 90% глобального ВВП) официально проводились в жизнь стратегии промышленного развития. В последние пять лет наблюдается ускорение процесса разработки новых стратегий.

Судя по материалам этого обследования, арсенал современной промышленной политики становится все более разнообразным и сложным, охватывая новые темы и множество задач, выходящих за рамки традиционной проблематики промышленного развития и структурных преобразований, в частности, интеграцию и модернизацию ГПСС, развитие экономики знаний, создание секторов в увязке с целями в области устойчивого развития и обеспечение конкурентных позиций в преддверии новой промышленной революции (НПР).

В проводимом ЮНКТАД обследовании различные виды промышленной политики группируются по трем категориям: наращивание потенциала, наверстывание отставания и стратегии, реализуемые с прицелом на НПР. Около 40% стратегий промышленного развития предусматривают вертикальные меры политики в интересах развития конкретных отраслей.

В чуть более трети стратегий главное место занимают горизонтальные меры политики повышения конкурентоспособности, призванные обеспечить наверстывание отставания с выходом на передовые рубежи производительности труда. И четверть стратегий нацелена на достижение должного уровня в преддверии новой промышленной революции.

Около 90% вариантов современной промышленной политики предусматривают подробную проработку инструментов инвестиционной политики – в первую очередь стимулов и требований к показателям деятельности инвесторов, ОЭЗ, мер поощрения и упрощения процедур инвестиционной деятельности и, все чаще, механизмов контроля за осуществлением инвестиций.

В рамках всех трех моделей в пакетах мер инвестиционной политики применяются сходные инструменты инвестиционной политики, различающиеся по своей направленности и интенсивности.

Таким образом, современная промышленная политика является одним из ключевых факторов, определяющих тенденции в области инвестиционной политики. Фактически, более 80% мер инвестиционной политики, зарегистрированных с 2010 года, ориентированы на промышленную систему (обрабатывающая промышленность, дополнительные услуги и промышленная инфраструктура), и примерно половина из них прямо служат достижению целей промышленной политики. Большинство из них охватывает целый ряд отраслей, а примерно десятая часть нацелена на конкретные отрасли обрабатывающейпромышленности».

Алексей  Кущ

Назад в архив Версия для печати